БЕГУЩАЯ СТРОКА ПАМЯТИ. Александр Жихаревич: Ольга Корбут и Антонина Кошель на Олимпиаду в Мюнхене были включены в последний момент* - «Свежие новости строительства» » Строительные Решения
Свежие новости строительства » Новости рынка недвижимости » БЕГУЩАЯ СТРОКА ПАМЯТИ. Александр Жихаревич: Ольга Корбут и Антонина Кошель на Олимпиаду в Мюнхене были включены в последний момент* - «Свежие новости строительства»
БЕГУЩАЯ СТРОКА ПАМЯТИ. Александр Жихаревич: Ольга Корбут и Антонина Кошель на Олимпиаду в Мюнхене были включены в последний момент* - «Свежие новости строительства»
Не так давно в Минск на встречу с родными приезжал легендарный государственный тренер БССР по спортивной гимнастике Александр Жихаревич. Фрагментарно, бегущей строкой памяти, он вспоминал о своей спортивной юности и о тех людях, с которыми работал и которые его окружали. ***Партнер спецпроекта

Не так давно в Минск на встречу с родными приезжал легендарный государственный тренер БССР по спортивной гимнастике Александр Жихаревич. Фрагментарно, бегущей строкой памяти, он вспоминал о своей спортивной юности и о тех людях, с которыми работал и которые его окружали. ***Партнер спецпроекта  «Бегущая  строка  памяти» СП ОАО «Спартак».


БЕГУЩАЯ СТРОКА ПАМЯТИ. Александр Жихаревич: Ольга Корбут и Антонина Кошель на Олимпиаду в Мюнхене были включены в последний момент* - «Свежие новости строительства»

В США занятия спортивной гимнастикой неофициально именуются «два в одном». Родители приводят в гимнастический зал своих детей, чтобы не только научиться спортивным движениям и получить физическую закалку, но и на практике изучить русский язык. Так сложилось, что в начале 90-х годов прошлого века большая группа спортсменов и тренеров по спортивной гимнастике переехала жить и работать в США. Время берет свое, периодически каждый возвращается на побывку на свою историческую родину.

Я родился в 1939 году в Орше в белорусско-еврейской семье Бориса Соломоновича Лифшица и Ефросиньи Андреевны Жихаревич. Своего отца я не помню. Он ушел на войну, как и все его сверстники, в июне 1941 года. С войны не вернулся. Извещение, которое получила моя мать, было коротким и очень тяжелым для того времени: пропал без вести. Последнее означало, что никаких льгот, пенсий и пособий нашей семье, в которой кроме меня была еще сестра, не полагалось.


Известие об отце я получил через 70 лет после окончания войны. В апреле 2015 года мне позвонили в США из России и сообщили, что под Петербургом в воронке, заполненной водой, поисковики нашли останки трех человек. Вместе с останками была найдена капсула, в которой лежала чудом сохранившаяся записка, в которой было написано: Лифшиц Борис Соломонович, 1900 года рождения, жена Жихаревич Ефросинья Андреевна. Живет: БССР, Орша, улица Демьяна Бедного, 3.



Слева направо: Михаил Маркин и Александр Жихаревич

По этому адресу в Орше до сих пор живут мои родственники. Они меня нашли в Америке и дали координаты поискового отряда «Алтаир» из Тамбова. Руководителя поисковиков звали Денис. Я созвонился с ним, и он мне сообщил, что с 24 апреля по 7 мая 2015 года будет произведено перезахоронение останков моего отца вместе с другими останками погибших советских воинов. Останки были найдены в апреле 2014 года, в течение года была проведена идентификация, а торжественное перезахоронение было приурочено к 70-летию Победы в Великой Отечественной войне. Во время очередной побывки на родине мы с женой побывали на этом месте. Погода была сухая, мы прошли по этому небольшому оврагу и оставили на этом месте табличку. А в следующий приезд после его перезахоронения в братской могиле на Синявинских высотах мы поставили ему индивидуальный памятник.


В первый раз минчанином я стал в 1942 году, когда нашу семью, как семью евреев, перевезли в Минское гетто. О том, что наш отец еврей, немцам сообщили соседи-поляки. То обстоятельство, что наша мать этническая белоруска, в расчет не принималось. Место, где мы находились, было в районе Червенского рынка. С того времени у меня осталось три самых ярких воспоминания. Помню, как травили овчарками за то, что пописал не там. Помню бомбежки. И помню последний день пребывания в гетто. В тот день за евреями приезжала машина, в которую в порядке живой очереди грузили семьи увозили за город. Наша семья вместе со всеми стояла в очереди. Но мы с сестрой время от времени убегали к колонке попить воды, в результате чего теряли свое место в очереди. Место в очереди никто не уступал, приходилось по новой становиться в ее конец. Мы оказались в числе последних шести семей, которые немец, уставший за всем этим наблюдать, за взятку отпустил домой. Спустя много лет я понял, что детское баловство спасло нас от неминуемой гибели в «Тростенце». После освобождения Беларуси мы вернулись в Оршу. Дом наш сгорел, на его месте мы увидели огромный противотанковый ров. В то время ко всему этому мы относились спокойно — остались живы.



1957 год. Александр Жихаревич на показательных выступлениях в день выборов в Верховный Совет СССР

В гимнастику, по нынешним временам, я пришел довольно поздно — в 16 лет. У меня от природы в юности были сильные спина и руки. Многие тренеры по борьбе звали меня к себе. Но первое спортивное увлечение гимнастикой оказалось сильнее. В 1955 году к нам в Оршу приехал выпускник физкультурного техникума Николай Иванович Гордеев и увлек нас спортивной гимнастикой. Его жизнь сложилась трагически — через год он погиб в автомобильной катастрофе, но оставил нам учебник по спортивной гимнастике, который написал сам. Николай Гордеев был автором первого учебника по спортивной гимнастике в Беларуси. После его гибели по нему мы и тренировались. Первая наша команда — это Владимир Лабунов, Николай Шустиков, Ренгольд и я. Владимир Лабунов окончил Белорусский политехнический институт и стал академиком Национальной академии наук Беларуси. Рейнгольд окончил Военно-медицинскую академию в Ленинграде, Шустиков стал командиром атомной подводной лодки. Профессиональным спортсменом, а затем и спортивным функционером из нашей первой команды стал только я.


Первые спортивные соревнования, в которых я участвовал, были в Витебске в марте 1957 года. Это была областная спартакиада школьников, в которой я с первым юношеским разрядом занял первое место. В июне меня включили в сборную для участия во Всесоюзной спартакиаде школьников в Риге. Перед этим мы тренировались в Минске в Доме физкультурника, который находился в районе цирка. Ренальд Кныш привез из Гродно Елену Волчецкую и Тамару Алексееву. Мы жили в общежитии Белорусского государственного университета на Парковой магистрали. Сегодня эта улица носит название проспекта Победителей, а на месте общежития БГУ стоит новая высотка.


Без сюрпризов эти сборы не прошли. Патриарх белорусской спортивной гимнастики, тренировавший моего тренера Романа Ваткина, учеником которого был и первый белорусский олимпийский медалист Николай Милигуло, Михаил Алексеевич Маркин, был очень разносторонним человеком. Он был первым мастером спорта в БССР и входил в первую довоенную пятерку мастеров спорта, нагрудные знаки которым вручал Иосиф Сталин. Михаил Алексеевич был мастером спорта по лыжным гонкам, мотокроссу и спортивной гимнастике. В белорусской кинохронике есть материал, где Маркин, стоя на мотоцикле, делает круг почета по стадиону «Динамо» с поднятым в руках знаменем. Мотоциклом он управлял ногами.



Елена Волчецкая выполняет опорный прыжок

Михаил Маркин прошел всю войну в разведке, где получил серьезное ранение — ему прострелили ногу. С войны он вернулся в звании майора. Знаменитый белорусский врач того времени Моисей Шапиро, который получал письма со всей Беларуси с указанием адреса: «Минск. Трамвайная остановка стадион «Динамо». Профессору Шапиро», делал операцию на колене и практически восстановил его. Маркин был добрейшей души человек. Через его дом в Сельхозпоселке на улице Измайловской прошли все. У него было потрясающее чувство юмора и детская наивность. Его дети, чтобы подшутить над отцом, периодически подкладывали ему в кровать под простыню кактус. Михаил Алексеевич звал на помощь жену возгласом: «Валя, мне каляется». И никогда не обижался на подобные розыгрыши. Первые не только для меня, но и для всей нашей команды сборы запомнились тем, что Тамара Алексеева с разрешения Михаила Алексеевича решила проехать на мотоцикле. Далеко она не уехала, въехав в стену. Скорость мотоцикла была невысокой, все обошлось смехом и легким стрессом.


На сборах нам дали байковые костюмы, мы считали себя самыми модными в них на то время. В Ригу мы уезжали 8 августа. В команде кроме меня были Владимир Лабунов, Игорь Подносов — он живет, как и я, в США, рядом со мной, — Валерий Вильчинский, который, к сожалению, в этом году умер. Вильчинский в 80 лет подтягивался на перекладине 20 раз. Он умер легко — пришел домой с тренировки и скоропостижно скончался. Так сложилось, что на сборах я сдавал вступительные экзамены в институт. Все ребята в нашей команде подали документы в Белорусский политехнический институт, где нужно было сдать только первый экзамен — сочинение. Михаил Алексеевич Маркин твердо и решительно отправил меня учиться в институт физкультуры, в котором тогда работал. Когда Маркин в 1980-е годы перешел работать в БПИ, то все спортсмены поступали уже не в институт физкультуры, а в политех.



Первая белорусская олимпийская чемпионка по спортивной гимнастике Елена Волчецкая

В Риге нас поселили в школьном классе вместе с тренерами, ученики которых впоследствии сделали фурор в мировой спортивной гимнастике. С нами жил воронежский тренер Юрий Штукман, который воспитал двух олимпийских чемпионок, Тамару Замотайлову и Любовь Бурду. И два наших в будущем великих тренера Ренальд Кныш и Викентий Дмитриев. Условия были спартанские для всех, наши кровати находились рядом. На тех соревнованиях наша первая белорусская олимпийская чемпионка Елена Волчецкая разделила 32–33-е место с воспитанницей Юрия Штукмана Ириной Первушиной. А уже через год на спартакиаде в Тбилиси была первой в упражнениях на бревне. Я считаю ту школьную спартакиаду в Риге началом победной белорусской гимнастики, о которой спустя 10 лет заговорит весь мир.


Мне часто задают вопрос о спортивном элементе на мужских параллельных брусьях, которые вошли в спортивную историю как «вертушка Диомидова». Вопрос звучит просто: правда ли, что этот элемент принадлежит мне и его у меня «увели»? Отвечаю: нет, это неправда. На самом деле все было гораздо проще. Этот элемент родился в спортивном зале «Трудовых резервов», который находится на площади 8 Марта. Сегодня с этого места начинается проспект Победителей. В мое время в спортивной гимнастике помимо произвольной была и обязательная программа, которая сегодня отменена. В вольных упражнениях в обязательной программе был в то время такой элемент — упор на одной ноге, поворот на другой и выход в стойку. Тренер акробатов и батутистов Леонид Лифшиц предложил перенести этот элемент на брусья.



Александр Жихаревич (слева) и Роман Ваткин

В декабре 1963 года мы уезжали в Болгарию на соревнования. Главный тренер мужской сборной Валентин Иванович Муратов попросил меня не делать «вертушку», оставит ее в качестве сюрприза для Олимпийских игр в Токио 1964 года, чтобы ошеломить соперников. В том же месяце я сломал ногу. Кость срасталась плохо, в марте 1964 года пришлось делать операцию, а в апреле мы должны были ехать в Корею на предолимпийскую неделю. Но я опять получил травму — выскочило колено. Из-за травмы не попал на игры в Токио. Этот элемент на официальных международных соревнованиях первым сделал Сергей Диомидов, под именем которого он известен до сих пор. По правде говоря, все названия гимнастических элементов условны по той простой причине, что вся современная мировая гимнастика, не только женская, но и мужская, вышла из идей гродненского тренера Ренальда Ивановича Кныша. Никто не знает точно сколько элементов он придумал. одни говорят 30, другие — 50. На мой взгляд, это не имеет никакого значения. Кныш определил тренд развития гимнастики, объяснил и показал суть гимнастического движения, когда невозможное стало возможным.



Елена Волчецкая первой в мире делает отмах в стойку и перелет с верхней на нижнюю жердь

Слухи, домыслы и догадки живут дольше нас. Моей однокурсницей по институту была Любовь Мироманова, тренер трехкратной олимпийской чемпионки Светланы Богинской. Ее жизнь закончилась трагически. В прессе было много ложной информации по этому поводу. Я могу сказать точно и определенно, что никакого отношения к тому, что произошло с Миромановой, Света Богинская не имеет.


Спортивным функционером я стал 16 апреля 1968 года. В этот день я был в кабинете заместителя председателя Спорткомитета БССР Германа Матвеевича Бокуна. Бокун успевал все. С утра приходил в Спорткомитет, а через пару часов отправлялся тренировать свою звездную воспитанницу Елену Белову, которая стала четырехкратной олимпийской чемпионкой по фехтованию. Бокун сказал мне: «Ты министр гимнастики, тебе и флаг в руки — вперед».


В том же году я получил свой первый урок на чемпионате СССР, когда привез туда белорусскую сборную. Я с удивлением узнал, что одна из привезенных мною спортсменок должны выступать в командных соревнованиях за сборную Москвы. Для меня это было откровением, гимнастика оказалась не только соревнованиями, спортсменами и тренерами, но и чем-то гораздо большим, скрытым от посторонних глаз. Спортивному функционеру, сегодня называемому менеджером, нужно было быть не только организатором, но и дипломатом. И всегда держать ухо востро.



Слева направо серебряный призер Олимпийских игр в Риме Николай Милигуло и Александр Жихаревич

В Беларуси на тот момент уже было две олимпийских чемпионки — Елена Волчецкая и Лариса Петрик, но не было ни одного специализированного гимнастического зала. В то время было принято решение создать такие залы в каждом областном центре. Этим я и занимался. Все это делалось в 1969–1970 годах. Эта работа была начата с Минска.


Помимо создания технической базы мы искали тренеров для этой работы. Из Воронежа в Минск приехал Евгений Гальперин со своей группой спортсменов. У него в то время тренировался член сборной СССР Александр Малеев, ставший серебряным призером на играх в Мюнхене. Мы ему отдали зал Минского автозавода, который находится рядом со стадионом «Трактор». В то время это был единственный в мире зал с утопленным в пол батутом и поролоновой ямой. Председатель Спорткомитета СССР Сергей Павлов показывал это новшество министру спорта ГДР Эвальду.


В Беларусь в то время приехало много тренеров из всех республик Советского Союза. Вопросы размещения и трудоустройства решались оперативно и довольно легко. Репутация председателя Спорткомитета БССР Героя Советского Союза Виктора Ильича Ливенцева была непререкаемой. Он решал любые вопросы на высшем уровне, начиная с получения квартир и заканчивая организацией сборов команд. У Ливенцева было свое отношение к спорту. Он очень любил стрелять и был категорическим противником женского велоспорта, утверждая, что если женщины решили соревноваться в этом виде спорта, то им нужно создать отличное от мужчин седло в силу физиологических особенностей женского организма.



Самый высокий в команде Владимир Лабунов (крайний справа). Ныне академик НАН Беларуси

С марта 1971-го по 1986 год я был государственным тренером Спорткомитета СССР по спортивной гимнастике в Беларуси. В первой половине 1970-х годов успехи в нашей спортивной гимнастике были просто потрясающими. Женская сборная БССР на Спартакиадах народов СССР дважды, в 1971 и 1975 годах, была первой в командных соревнованиях. В переводе на современный язык это означает: выступай та команда отдельной сборной на олимпийских играх за Беларусь, она как минимум была бы в призерах в командном турнире.


У меня с самого начала моей работы государственным тренером сложились самые добрые отношения с главным тренером женской сборной СССР Ларисой Семеновной Латыниной, самой титулованной спортсменкой до американского пловца Майкла Фелпса. Очень много помогала в работе двукратная олимпийская чемпионка Лидия Гавриловна Иванова, на тот момент главный тренер юношеской женской сборной СССР. Советские гимнасты — мужчины и женщины — полюбили Минск. Подготовка к четырем Олимпиадам, 1972, 1976, 1980 и 1988 годов, проходила у нас, в Минске.



Александр Жихаревич на свадьбе Ольги Корбут и Леонида Борткевича

Для белорусских гимнастов это был подарок судьбы. На Олимпийских играх в Мюнхене женская и мужская советская сборная наполовину состояла из белорусских гимнастов. В то время конкуренция в женской сборной СССР по спортивной гимнастике была настолько высока, что в состав команды на игры в Мюнхен безоговорочно включалась только Тамара Лазакович. Ольга Корбут и Антонина Кошель были включены в состав команды в последний момент. И это при том, что в 1968 году на Кубке СССР Корбут уже делала свое сальто на бревне, а перед Мюнхеном — «петлю» на брусьях. Без профессионального лоббизма спортивных руководителей БССР мюнхенский фурор Ольги Корбут мог и не состояться. Таковы были правила спортивной жизни в то время не только в спортивной гимнастике.


С 1994 года я живу и работаю в США. Это особый мир. К нам в гимнастический зал родители приводят своих детей научиться не только гимнастике, но и русскому языку. Большинство тренеров по спортивной гимнастике в США сегодня из бывшего СССР. На чемпионатах США вы можете чаще услышать русскую речь, чем разговоры на английском языке. Спортивная гимнастика стала поистине интернациональной. Я иногда с грустью замечаю, что далеко не все помнят и знают, где было ее начало и кто стоял у ее истоков. Для спорта высших достижений это нормально — на слуху только звезды последних лет. За ними придут новые, их сменит новое поколение. Одним словом, спортивная жизнь продолжается.


Подготовил Игорь Козлов


*На правах рекламы

Ctrl
Enter
Заметили ошЫбку?
Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Мы в
Комментарии
Минимальная длина комментария - 50 знаков. комментарии модерируются
Комментариев еще нет. Вы можете стать первым!
Комментарии для сайта Cackle
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив

Смотрите также
интересные публикации

ee3eb584